Глава 1

МОЖЕТ БЫТЬ, ТАК ПОЯВИЛСЯ СОВРЕМЕННЫЙ ЧЕЛОВЕК?

"...нельзя исключить и скрещивания палеоантропа с людьми то там, то тут в глубине тысячелетий"

Б.Ф. Поршнев. "Борьба за троглодитов"

У человека и НЕчеловека родилось несколько, но выжило четверо физически очень сильных, нормальных людей. В нашей современности, во второй половине XIX века на Кавказе, недалеко от Сухуми, произошло как бы генетическое чудо. Вымерший (по учебникам - 36 тысяч лет тому назад) вид примата - неандерталец, широко известный под названием "снежный человек", и современный гомо сапиенс произвели потомство нормальных людей. Зверь, а он, конечно, зверь, а не человек, дав потомство, растворился в человеке.

Сама жизнь произвела живой музей старины, родила раритет. Природа вновь повторила исчезнувшее явление - смешение двух ветвей приматов - неандертальцев и кроманьонцев. (Кроманьонцы с антропологической точки зрения относятся к современному виду человека и резко отличаются от неандертальцев - сообщает справочная литература.)

Четко нарисована картина 36-тысячелетней данности в маленькой газетной заметке. Название ее созвучно знаменитой встрече на Эльбе. Там, где фашистская идея чистой расы - единой, без смешения, рухнула с громким позором. Народы, встретясь с двух сторон на Эльбе, дошли пока лишь только до рукопожатия.

Находка на Эльбе

На островке посреди Эльбы недалеко от Гамбурга случайно обнаружена лобная кость человеческого существа, которого, согласно действующим учебникам, вообще не могло существовать.

Это кость помеси неандертальца с кроманьонским человеком из более позднего периода каменного века. Ей около 36 000 лет, и интересна она, главным образом, тем, что до сих пор полагали, что оба этих человеческих типа никогда не скрещивались.

Учитывая установленный возраст, сообщает чехословацкий журнал "А-Я магазин", находка относится к тому периоду, когда неандертальцы внезапно исчезли, а кроманьонцы начали расселяться в Европе.

Газета "Труд", 14 декабря 1985 г.

Для справки

Борис Федорович Поршнев (1905-1972), крупный советский историк, ученый широкого диапазона, доктор исторических наук и доктор философских наук. Многие годы работал в области социальной психологии, этнографии, антропологии, биологии. Основатель - в России - криптозоологии (от греческого kryptos - тайный, скрытый). В работе "Борьба за троглодитов" доказывал неандертальскую природу существа, называемого в народе "снежным человеком".

Троглодиты - от греческого troglоdytai - "дикие люди, живущие в пещерах", "пещерные люди".

Название "снежный человек" (от английского snowman) возникло в 1920 году, когда участники британской экспедиции на Эверест на высоте 5,5 км наблюдали несколько человекоподобных существ, а потом обнаружили следы босой, почти человеческой стопы на снегу.

Неандертальцы - древние ископаемые люди, палеоантропы, обитавшие 200 тысяч - 35 тысяч лет назад во времена палеолита. Скелет очень широкий в костях, несколько согнут в коленях. Кости отличались толщиной и крепостью, большой палец на руке сидел дальше назад, чем у современного человека и не был так подвижен. Череп отличался как бы срезанным назад лбом, массивными челюстями и таким же срезанным подбородком. Мозг, по размеру мало уступающий современному, отличался меньшей сложностью расчленения на извилины. Относительно родства неандертальцев с современным человеком вопрос окончательно не решен: одни считают его нашим вероятным предком, другие - вымершей боковой ветвью, третьи - гориллоидом.

Суффикс "оид" означает подобие: гориллоид - подобен горилле, гоминоид - подобен человеку. Гоминологи - те, кто изучает гоминоидов (не путать с гуманоидами - из области НЛО).

"В Абхазии, - пишет Б.Ф.Поршнев, - этих гоминоидов называют очокочи (по-мингрельски) и абнауаю (по-абхазски). По многочисленным преданиям, абхазцам при заселении края пришлось изгонять и истреблять их".

Предания... Легенды Древней Греции тоже предания. Что такое легенда? Сначала какая-то правда, а после многочисленных и многолетних пересказов из уст в уста с добавлениями и украшениями она становится стройной и красивой легендой, сказкой. Всякая сказка, говорит русская пословица, хороша с прикраской. Вспоминаются в связи с преданиями об истреблении гоминоидов - предлюдей в Колхиде другие предания. "Мы здесь вторые люди, говорил старик, они (он имел в виду гоминоидов) - они были первыми, а мы уже после них". Колхидой древние греки называли все Черноморское побережье Закавказья. И туда, в далекую Колхиду, отправились аргонавты добывать золотое руно, то есть шкуру рыжего барана. Баранов у них в Греции было и своих достаточно. А если - так и хочется предположить - поехали легендарные греки в Колхиду охотиться за гоминоидами? И в доказательство, в качестве охотничьего трофея, должны были привезти домой его рыжую шкуру? Такое могло произойти в дописьменную эпоху, тысячи за две лет до нашей, христианской, эры, потому что уже в первом тысячелетии до христианской эры народные сказители - аэды, перебирая струны кифары, речитативом наговаривали то, что в четвертом веке (и тоже до нашей эры) было записано в Афинах. Вглядываясь в богов и героев Древней Греции, современник с подозрением замечает: просвечивает сквозь них наш снежный человек!

...Но записаны и н е д а в н и е рассказы об отстреле гоминоидов охотниками, о поимках и приручении, о случайных встречах. Собирая эти сведения, профессор А.А.Машковцев в 1962 году услышал и принялся исследовать историю самки гоминоида по кличке Зана. Тот самый профессор зоологии Александр Александрович Машковцев, который до работы на Кавказе собрал большую сводку данных об обитании дикого человека в северных хребтах Тянь-Шаня и тем самым, по словам его критиков, "навсегда опозорил себя", занимаясь осмеянным делом. Тот самый пожилой профессор, который, обращаясь к молодым искателям, к новому поколению, сказал:

- Там, где сохранились уголки язычества, там его ищите.

Это было время, когда публиковались выражения, подобные этому:

"...Энтузиасты - Поршнев, Смолин и др., однако, не сдались и продолжали "исследовать" проблему. Четыре биолога - один академик и три профессора - опубликовали статью:

"Псевдонаука под видом поисков неандертальцев". После рассылки оттисков этой статьи в редакции газет и издательств, на кафедры антропологии университетов и в отдел науки при ЦК КПСС авторы полагали, что с психофеноменом (синдром "поисков диких снежных людей") покончено и в вирус снежно-бабного искательства забит осиновый кол. Но через двадцать лет на смену первому поколению искателей пришло новое. Вирус снежно-бабного искательства сохранился...".

Продолжил, не сдаваясь, исследовать историю Заны Б.Ф. Поршнев. Зана - это пойманная и прирученная женщина-гоминоид, которая жила, умерла и похоронена в селении Тхина Очамчирского района на памяти некоторого числа живых людей. (Речь идет о первой половине шестидесятых годов XIX века).

Похоронили ее в 80-90-х годах XIX века, но среди жителей селения и окрестностей более десятка были при этом, а иные, те, кому свыше восьмидесяти, тем более - за сто, знали Зану, долго и много могли извлечь из своей памяти. Особенно подробно описал Зану Ламшацв Сабекиа (около 105 лет), а также его сестра Дигва Сабекиа (около 120 лет), Куона Кукунаа (около 120 лет), Алыкса Цвижба (около 130 лет), Шамба (около 100 лет). "Пожалуй, нет в окрестностях дома, - писал Б.Ф.Поршнев, - где не сохранились бы семейные воспоминания о Зане".

Вот выжимка из всех сведенных вместе записей.

Дата и место поимки Заны темны. Согласно одному варианту, ее поймали в горных лесах Заадан, согласно другому - близ морского побережья нынешнего Очамчирского района или еще южнее - в нынешней Аджарии. В пользу Аджарии говорит кличка "Зана", что схоже с грузинским "занги" - темнокожий, негр. Настигли ее не случайно, а ловцы, знавшие стародавний прием. Когда ее связывали, Зана яростно сопротивлялась, ее колотили дубинками, забили рот войлоком, надели на ноги бревно-колоду. Возможно, ее перепродавали, прежде чем она оказалась в собственности владетельного князя Д.М. Ачба в Зааданских лесах. Потом пленница попала к его вассалу Х. Челокуа. Еще позже ее получил в подарок приезжавший в гости дворянин Эдги Генаба, который отвез ее, связанную, в свою усадьбу в селении Тхина, что на реке Мокви в 78 км от Сухуми. Дата неизвестна. Но с этого рубежа сведения местных информаторов становятся конкретными.

Сначала Генаба поместил Зану в очень крепкий загон из вертикальных бревен. Пищу ей спускали, туда не входя, так как она вела себя как дикий зверь. Зана вырыла себе в полу яму и в ней спала. В таком совершенно диком состоянии она оставалась первые три года. Но понемногу приручалась, и ее перевели в плетеную ограду под навесом в стороне от дома, где сперва содержали на привязи, позже отпускали уже и на волю. Она не уходила далеко от мест, где приучилась получать пищу. В теплом помещении жить не могла, круглый год оставалась в любую погоду во дворе под навесом, где снова вырыла себе яму или нору для спанья. Любопытные селяне подходили к ограде, тормошили ее палками, которые она иногда с яростью вырывала. Детей и домашних животных гоняла от себя, бросая в них камни и палки.

Кожа абнауаю была черной или темно-серой, все тело ее с головы до ног и особенно в нижней части было покрыто черно-рыжеватыми волосами, они были местами длиной в ширину ладони, но не очень густы. У ступней волосы почти исчезали. Ладони были вовсе без волос. На лице они были совсем редкие, небольшие. Зато на голове, как папаха, возвышалась беспорядочная, свалявшаяся копна совершенно черных жестких, блестящих волос, гривой спускавшихся на плечи и спину.

Как все гоминоиды, Зана не обладала человеческой речью. За десятки прожитых тут лет не научилась произносить и одного абхазского слова. Могла лишь бормотать, издавать нечленораздельные звуки, а в раздражении - непонятные выкрики. Слух у нее был острый. Она шла на свое имя, выполняла кое-какие команды хозяина, побаивалась его окриков.

Она была очень рослая, массивная, широкая. Непомерно большие груди, что вообще характерно для самок гоминоидов, свисали до живота. Высокий толстый зад. Мускулистые руки и ноги, но голень от колена до лодыжки была странной формы - без утолщения посередине. Пальцы на руках были толще и длиннее человеческих. На ногах обладали способностью широко раздвигаться. Когда она была раздражена, особенно отодвигался большой палец.

Удивительным было лицо Заны. Оно пугало. Широкое, скуластое, с крупными чертами. Плоский нос, со вздернутыми большими ноздрями. Выдвинутая вперед нижняя часть лица наподобие рыла. Широкий разрез рта, крупные зубы. Как-то неестественно выступающий затылок. На низком лбу волосы начинались от самых бровей - лохматых, густых. Глаза имели красноватый оттенок. Но что самое ужасное, выражение этого лица было не человеческим, а как у животного.

Иногда, хоть и редко, Зана рывком, неожиданно начинала смеяться, обнажая свои белые зубы. Никто не заметил, чтобы она улыбалась или плакала.

Прожив долгие годы - сперва у Ачбы, потом у Генабы - Зана удивительным образом до старости и смерти физически не менялась: не было у нее седины, не выпадали зубы. Она сохранила полную силу. А сила и выносливость ее были огромны. Зана могла бежать быстрее лошади. Она переплывала бурную реку Мокви даже в разлив, а в холодном роднике, который до сих пор носит ее имя, купалась летом и зимой. Свободно поднимала одной рукой и несла на голове в гору с мельницы пятипудовый мешок. Неуклюже, как медведь, но свободно влезала на деревья за фруктами, мощными челюстями легко грызла грецкие орехи.

Чтобы полакомиться виноградом, сдергивала на землю целую лозу. С буйволами ложилась прохладиться в воду источника. По ночам нередко уходила бродить по окрестным холмам. Против собак и при иной необходимости применяла огромные палки. Странно обращалась с камнями: стукала друг о друга, разбивала их. Уж не ею ли был обит остроконечник мустьерского типа, какие делали ископаемые неандертальцы, найденный в 1962 году А.А. Машковцевым как раз на холме, где бродила Зана?

У людей Зана смогла научиться очень немногому. Она осталась лишь полуприрученной. И зимой предпочитала оставаться голой, какой ее выловили в лесу. Надеваемое на нее платье рвала в лохмотья. Однако к набедренной повязке ее отчасти приручили. Кто-то из прежних владельцев сделал ей тавро на щеке и дыры в мочках. В дом иногда входила и даже к столу ее подзывали, но в общем слушалась она только хозяина - Эдги Генабу, а женщины ее боялись и приближались, только когда она была в хорошем настроении. В раздражении и ярости Зана была страшна, кусалась. Хозяин умел ее успокоить. На детей не нападала, но пугала, и детей в округе стращали Заной. Лошади ее боялись.

Ела Зана все, что давали, в том числе мамалыгу, мясо, и всегда только руками, с чудовищным обжорством. От вина приходила в хорошее настроение, затем засыпала обморочным сном. Спала Зана всегда в яме, ничем не прикрывалась, но любила закапываться в теплую золу от потухшего костра. Самое главное, чему Зану удалось научить - она могла высекать огонь из кремня на трут-лишайник и раздувать - это было так похоже на врожденное стуканье камнем о камень. Но дальше этого ее трудовое воспитание, в сущности, не пошло. Ее лишь выдрессировали выполнять несложные приказы словом или жестом: вертеть ручные жернова, принести дрова или воду из источника в кувшине, снести на водяную мельницу к реке и доставить оттуда мешки, снять хозяину сапоги. Вот и все. Старались научить ее сажать овощи и другие растения, но она подражала действиям людей бессмысленно и сама портила все, что делала. В седле никак не могла удержаться. Как видно, Зана не стала человеком.

Но она стала матерью людей - и это удивительнейшая сторона ее истории. Важная для генетики.

Неоднократно неандерталка беременела от различных мужчин. Рожала без всякой помощи. Несла полоскать новорожденного в воде, хотя бы и ледяной. Но метисы не выдерживали этого лесного омовения и гибли. Позже люди начали вовремя отнимать у Заны новорожденных и выкармливать их.

И вот четырежды совершилось чудо: два сына и две дочери Заны выросли людьми - полноценными людьми с речью и разумом, правда, обладавшими физическими и душевными странностями, но вполне способными к труду и общественной жизни. Старший сын имел имя Джанда, старшая дочь - Коджанар, вторая дочь - Гамаса (умерла в двадцатых годах XX века), младший сын - Хвит (умер в 1954 году). Все они, в свою очередь, имели потомство, расселившееся по разным местам Абхазии. "Двоих из внуков Заны - сына и дочь Хвита от его второго брака с русской я, - пишет Борис Федорович, - навестил в 1964 г. в г. Ткварчели, где они работают на руднике. Молва утверждает, что отцом Гамасы и Хвита был сам Эдги Генаба. Но их записали при переписи под другой фамилией. Показательно, что Зану похоронили на родовом кладбище семьи Генаба, что этих двух младших детей растила жена Эдги Генаба".

Многие жители тех мест хорошо помнят и описывают Гамасу и Хвита. Оба они были люди могучего сложения, с темноватой кожей и некоторыми другими как бы негроидными признаками. Но они почти ничего не унаследовали от Заны из неандертальских черт: доминантным оказался комплекс человеческих признаков, он подавил другую линию наследственности. Это ни в коем случае не были гибриды. Хвита, умершего в возрасте 65-70 лет, односельчане описывают как человека лишь с небольшими отклонениями от нормы. При темной коже и больших губах, волосы, в отличие от негроидной расы, были прямые, жесткие. Голова мала по отношению к размерам тела. Хвит сверх всякой меры был наделен физической силой, но нравом несговорчивым, драчливым, буйным. В результате стычек с односельчанами у Хвита была отсечена правая рука. Однако и левой ему хватало, чтобы косить, справляться с колхозной работой, даже лазать по деревьям. Он обладал высоким голосом и хорошо пел. Дважды был женат, оставив троих детей. На старости переселился из сельской местности в Ткварчели, где и умер, а похоронить его привезли обратно в Тхину и погребли близ могилы матери - Заны.

Гамаса, по рассказам, тоже, как и брат, была намного сильнее окружающих людей. Кожа у нее была очень темная, тело волосатое. Лицо было безволосым, однако вокруг рта пробивалась растительность. Гамаса дожила лет до шестидесяти.

"С первого моего взгляда, - продолжает Борис Федорович свой рассказ, - на внука и внучку Заны - Шаликуа и Тайю, врезалось впечатление незначительной темноватости кожи, очень смягченной негроидности облика. У Шаликуа необычайно сильные челюстные мышцы, за ним слава: может держать в зубах стул с сидящим человеком и при этом танцевать. Шаликуа наделен даром подражать голосам всех диких и домашних животных".

Это все, что узнал Борис Федорович Поршнев о Зане - реликтовом гоминоиде, палеоантропе, неандерталке (в народе - снежном человеке). Больше, чем сделано в его исследовании (кстати, под градом ухмылок и порицаний) о жизни Заны и о ее потомстве, нам не удастся узнать. Из того, что узнали, отметим сверх всякой меры физическую силу и выносливость ее сына и намного большую, чем у людей, физическую силу дочери. Речь и психика - в общечеловеческой норме. Но у женщины, у дочери Заны, на всем теле волосатость.

У мужчин и до сих пор (а по официальной науке неандерталец наш далекий предок) сохранилась волосатость на теле, но у женщины... Повторим то, что Б.Ф. Поршнев написал о дочери Заны.

Гамаса, по рассказам, тоже, как и брат, была вдвое сильнее людей. Кожа у нее была очень темная, тело волосатое. Лицо было безволосым, однако вокруг рта пробивалась растительность. Гамаса дожила лет до шестидесяти.

Нам ничего не известно о ее жизни. Как она сложилась у обволошенной на всем теле современницы? Столько снадобья изобретено, чтобы легкие волосики на ноге у женщины уничтожить! Какова была личная жизнь у той женщины, полностью волосатой, которая в наше время, в девятнадцатом веке, повторила событие очень далекого прошлого? Имела родителями палеоантропа и неоантропа, неандертальца и гомо сапиенса.

О том, что скрещивание палеоантропа с людьми повторялось в глубине тысячелетий, подсказывают нам, например, легенды и мифы Древней Греции.

Боги в этих мифах первоначально, подчеркиваем - первоначально - имели совсем или почти совсем недарталоидный облик. Самый главный бог - Зевс - есть и такой миф - предстал однажды в овечьей шкуре с головой барана. Аналогия: египетский Апис - бог в образе быка. Изучая знаменитую книгу Дж.Дж. Фрэзера "Золотая ветвь - исследование магии и религии", не раз встречаешь места, где четко "светится" гоминоид. Достаточно одного внешнего вида - бога, одетого в звериные шкуры.

Слова о боге, одетом в звериную шкуру, напомнили того гневного оратора из эпохи раннего христианства. Он - странствующий монах - проповедник, борясь с остатками язычества, выкрикивал в толпу слова уничижения их богов:

- Кто они, ваши боги? Они по лесам! Ночью! Голые! В звериных шкурах бегают.

Мифы Древней Греции сказочным языком подтверждают предположение профессора Поршнева: "Нельзя исключить и скрещивания палеоантропа с людьми то там, то тут в глубине тысячелетий". Зевс, самый из богов главный, был в то же время и самый главный в деле скрещивания. Многим смертным женщинам подарил он потомство. Это были богочеловеки, сверх всякой меры физически сильные и выносливые - как раз то, что особо ценилось у древних людей. Вспомним богатыря Геракла - сына Зевса и смертной женщины красавицы Алкмены, дочери царя - правителя одного города (город - он же и царство в древние времена) на полуострове Пелопоннес. Можно предположить, что хилый гомо сапиенс оказался жизнеспособным среди зверей и дикой природы благодаря частому скрещиванию с человеко-зверем.

Это в древности, во времена язычества. Но после утверждения христианства или другого однобожия наш искомый примат, он же неандерталец, он же снежный человек, был низвергнут в свою противоположность - в нечисть. Существует старинная русская повесть о некой Соломонии, к которой приходил демон "зверским образом лохмата", и она от него имела детей. Вспомним чудесную сказку Андерсена (а за сказкой стоит некая правда) "Дочь болотного царя"; характер дочери болотного царя напоминает неуживчивого Хвиту, а родителем ее был далеко не бог, а "кикимора болотный" - нечисть.

"Возможно, мы вправе предположить, что первоначально все так называемые нечистые животные были священными и в пищу их не употребляли именно по этой причине" (Дж.Дж. Фрэзер "Золотая ветвь").

Мать Александра Македонского любила намекать, что, дескать, сын ее, великий полководец, был рожден вовсе не от правителя Македонии, Филиппа, а от самого высшего бога (IV век до христианской эры).

"...они с гордостью говорят о себе: "Что до меня, то я дитя бога гор. Я происхожу от бога, который правит в горах"", читаем в книге Дж.Дж. Фрэзера. Но прочитаем об этой вере по подробнее. Айны, пишет Фрэзер, первобытная народность, обитающая на острове Йезо, а прежде также на острове Сахалин и на южных островах Курильской гряды. Отношение айнов к медведю не поддается однозначному определению. С одной стороны, они называют медведя богом (Kanui). Но так как тот же термин применяется к чужестранцам, то речь, скорее всего, идет о существе, считающемся одаренным сверхъестественными (во всяком случае, экстраординарными) способностями, пишет Дж.Дж. Фрэзер. У айнов есть миф о женщине, которая родила сына от медведя, и многие айны, живущие в горах, гордятся тем, что происходят от медведя. Таких людей именуют "потомками медведя".

В эпизоде с айнами задержим внимание на одном и том же термине для обозначения как бога, так и чужестранца. Может быть, для островитян, ограниченных в общении с людьми другого племени, другой национальности, расы, редкий для их мест чужестранец отождествлялся с понятием бога? Боги, как это просвечивает в их подаче, в первоначальном изображении были одеты в звериные шкуры.

Наш современник примерно в тех же местах видел как будто медведя. Но тот выпрямился во весь большой рост и зашагал по-человечески. Человек! Но в медвежьем обличье, чужестранец... Бог и чужестранник - одно и тоже слово. Не очень понятно, но, как пишет Фрэзер, не будем делать выводов, а пустимся в плавание по морю фактов.

Почетное бракосочетание с богом, вернее, понятием бога, очень долго в истории человечества было сначала престижным, потом желанным, потом обязательным. И этой, так сказать, стадии развития человечества Фрэзер посвятил отдельную главу "Священный брак".

Когда с наступлением эпохи земледелия богатырская сила перестала быть предметом культа, а главной потребностью стал обильный урожай, то все равно - продолжая традиции! - человечество устраивало священные браки. Вместо реального живого существа могло быть чучело, или болван, или скульптура, или кто и что угодно - символ бога. Божественное бракосочетание - это важно, это очень нужно. Но почему важно? Потому что это традиция, так ведется исстари. Так установили предки еще в далекой древности.

Выпишем еще одну цитату из Фрэзера и будем частенько ее вспоминать: "...миф изменяется, в то время как обычай остается неизменным, и люди следуют обычаям своих предков, хотя причины, по которым предки эти обычаи соблюдали, давным-давно пришли в забвение.

В истории религии неизменно присутствует стремление примирить древний обычай с его современным истолкованием, то есть создать здравую теорию, объясняющую абсурдную практику".

Читаем дальше Фрэзера и не соглашаемся с ним. "Из обычая изображать Афину в одеянии из козьих шкур можно заключить, что во время оно коза была священным животным этой богини". Но мы уверены - и это гораздо естественней - что во время oно Афина сама была покрыта, вернее, ее тело было обволошено как бы козьим мехом. Человек - не человек, зверь - не зверь. А если человек, то в одеянии из козьих шкур. И обычай накидывать на скульптуру богини козью шкуру сохранился на много веков.

Вспомним козью шкуру - "эгиду" - в мифе о рождении богини Афины. Однажды у Зевса страшно разболелась голова. Позвал он своего сына бога Гефеста, прося избавить его от невыносимой боли. Взмахнул Гефест острым топором, раскололась на миг голова Зевса, и из нее с воинственным кличем и в полном вооружении появилась богиня мудрости и справедливой войны Афина. В правой руке Афина держала крылатую богиню победы Нику, левой опиралась на щит. Плечи и грудь Афины прикрывала эгида.

Эгидой в Древней Греции называлась козья шкура с прикрепленной к ней головой горгоны Медузы.

Эгидой называлась козья шкура!

Однако художнику - древнему скульптору Фидию козья шкура показалась не живописной. Он ее видоизменил, загнул кончики.

Прошли годы, сотни лет, и эгидой - козьей шкурой - стали уже закрывать щит и Афины и Зевса. Еще сотни лет - и козья шкура исчезла. Зачем она вполне антропоморфному изображению Зевса и Афины? Исчезла в глубине веков сама козья шкура. Осталось от нее одно название - эгида. И сейчас, в современных справочниках читаем: эгида - в древнегреческой мифологии название щита Зевса и Афины, символ покровительства и гнева богов. Под эгидой - под покровительством, под защитой.

Один из очевидцев, наш современник о своей встрече в горах Кавказа рассказал так. Животное было одновременно похоже и на человека и на обезьяну. На всем теле была шерсть. Длинная как у козы.

Козья шкура - эгида!

Но кто же он, кто служил прообразом богов во времена раннего язычества и стал антиподом единого бога - антихристом во времена христианства?

Профессор Поршнев представляет свою теоретическую модель.

Человек произошел от обезьяны, читаем у Б.Ф. Поршнева, Однако в ходе эволюции между обезьянами и людьми стояло то "недостающее звено", которое умозрительно предвосхитил еще молодой дарвинизм в лице Геккеля и Фогта. Геккель определил его словами "обезьяночеловек неговорящий" (pithe), а Фогт - словами "телом - человек, разумом - обезьяна". Между семейством обезьян и семейством людей (представленным единственным видом Homo sapiens) надо восстановить семейство неговорящих троглодитид, или питекантропид. От "четвероруких", от обезьян, они отличаются прежде всего двуногим прямохождением, их можно описать словами "прямоходящие высшие приматы". Ближайший среди них родственник и предок человека - вид "неандертальцы", палеоантропы. От этих животных наш вид людей отшнуровался, ответвился, но вид, давший нам жизнь, не исчез. Произошла не замена, а развилка: оба вида биологически расходились. Пока длилась наша человеческая история, сторонкой тянулась и нить животного бытия палеоантропов. Им было плохо, все хуже и хуже. Это была деградация - агония вида. Но для темпов животного царства - какая малость 35 тысяч лет!

С людьми у них были не только вражда и отчужденность. В истории человека бывали этапы и полосы, когда происходило какое-то странное сближение, прослеживаемое, например, в культурах нового каменного века (неолита) и бронзы. Так, к утвари раннего неолита примешаны примитивнейшие обитые камни (макролиты), вероятнее всего принадлежащие лапам и мозгам низших существ. Некоторые виды, популяции, особи палеоантропов приживались нахлебниками близ человеческого хозяйства и жилья, а то и втирались глубоко в поры быта. Люди, в свою очередь, приручали их, чтобы отгонять от дома других подобных (как собаки отгоняют собак и волков), на роль примитивной силы в хозяйстве, а то и на роль боевых животных в войсках. Чем более они вымирали, чем редкостней становились как прирученные особи, так и встречаемые в непригодной для человека природе (в непроходимых чащобах, скалах, болотах, пустынях), тем больше люди окутывали толкованиями долетавшие рассказы о них.

Что такое люди, которые нелюди, не люди, полулюди, полузвери: с половиной, что ли, тела люди? Половину, что ли, времени люди - "оборотни"?

Так палеоантроп уходил в туман легенд и мифов.

Окутана туманами легенд, мифов и древних скандинавских сказаний сказка Ганса Христиана Андерсена о диком болоте. Дикое то болото, всегда окутанное туманами, было жилищем Трясинного короля ( в более ранних представлениях, можно предположить - бога трясин и болот). Андерсен (а может переводчик?) считает, что Болотный царь звучит лучше и описывает, как из озерца - бездонного болотного омута - протянулись длинные, как сучья древесные, в зеленой тине руки и утащили царевну, дочь египетского царя. Прошло сколько-то времени и на Диком болоте на лепестках белой лилии, будто в колыбельке, появилась крошечная девочка, как две капли воды похожая на принцессу египетскую. Взяла ее в дочки жена викинга, дом которого был рядом с болотом. Выросла она красавицей, но с характером и физической силой (сравните подобный характер и силу сына Заны)... и оборотнем. Половину суток была человеком, половину - жабой.

Так проиллюстрировал профессора Поршнева великий художник слова и знаток фольклора. И не случайно, думается, интуитивно скрестил людей из жаркого Египта и нелюдей прохладной Дании.

Вот пример того, как далеко могло заходить смешение народов в самой незапамятной древности. Из парного погребения времен неолита (археологический раскоп в Воронежской области), содержащего костные останки мужчины и женщины, антрополог и скульптор М.М. Герасимов реконструировал портреты женщины с тонкими монголоидными чертами, скорее всего китаянки, и мужчины - европеоида южного типа - арменоида.

До сих пор речь шла о смешении, соединении разных ингредиентов в едином вареве кипения жизни.

А к чему приводит разъединение, разобщение, изоляция?

К умиранию этноса. Прочтем об этом у Льва Гумилева в его книге "Этногенез и биосфера земли".

Андаманские острова в Бенгальском заливе принадлежат Индии, но расположены близко от Бирмы. "На Малом Андамане, в чудном климате среди роскошной природы живет небольшое негроидное племя онгхи. Никто их никогда не обижал. Там устроен заповедник и даже туристов не пускают. Жители мирные, приветливые, честные, очень чистоплотные. Кормятся они собирательством и рыбной ловлей. Болезни там редкость, а если что случится - дирекция заповедника оказывает помощь. Казалось бы, рай, а население сокращается. Они попросту ленятся жить. Иной раз предпочитают поголодать, чем искать пищу; женщины не хотят родить; детей учат только одному - плавать. Взрослые хотят от цивилизованного мира только одного - табака. При всем том онгхи весьма чутки к справедливости и не переносят обиду. Женщины их целомудренны, и когда заезжий бирманец попытался за ними поухаживать, онгхи убили его, а затем сообщили об этом начальству, но не как о своей провинности, а как о наведении порядка; разумеется, о наказании их не возникло и речи... Язык онгхи неизвестен, потому что индийские этнографы его еще не выучили. Но когда это случится, то наверняка окажется, что у онгхи есть воспоминания о предках, мифы и сказки, еще не совсем забытые. Но жизненный тонус онгхи понижен. Четвертая часть молодых женщин бесплодны.

Еще пример вырождения. Сначала идеологического. Это - национализм. Тупиковый фанатизм выкрикивать, что, мол, Германия - для германцев. Россия - для русских. Признак вырождения.

Выдающийся - неоценимый! - знаток русского языка, собиратель и хранитель русского языка Владимир Даль - сын датчанина. Чьи слова знаем с детства: "Здесь русский дух, здесь Русью пахнет"? Кто создатель русского литературного языка? Наш гений - А.С. Пушкин - внук арапа.

Специалисты-генетики знают, что разрушение барьеров между изолированными группами дает хороший евгенический (евгеника - от греческого eugenes - хорошее рождение) эффект, что слияние разных групп людей с евгенической точки зрения полезно.

Для справки

Великороссы сложились в этнос в XIII веке после исчезновения Древней Руси, захваченной литовцами (кроме Новгорода).

Кстати, о великороссах. Как утверждает Л.Н. Гумилев в своей книге "Этногенез и биосфера земли", продолжительность жизненного цикла этноса не более 1200 (1500) лет. Значит, если прав ученый, лет через шестьсот слово и сам "великоросс" станет реликтом. Этнос - живой организм и обречен на умирание или перерождение в новый этнос. Великороссы создались, включив в свой состав восточных славян из Киевской Руси, западных славян - вятичей, финнов - меря, мурома, весь, заволоцкая чудь, угров, смешавшихся сперва с перечисленными финскими племенами, балтов - голядь, тюрок - крещеных половцев и татар и в небольшом числе монголов.

К оглавлению